Последние
10 статей



Глобальное потепление: начало апокалипсиса или грандиозный обман?

Беспокойная соседка

"На Марс люди могут и даже обязаны полететь"

Безоблачное прошлое

Черный пиар двухтысячелетней давности

Ракеты США опережают звук в пять раз

Дочь Сталина призналась, что ненавидит Россию

Сыграли в ящик

Никто не забыт

Наперекор звезде

Посмотреть все статьи

Поруганная Фемида


           Кому и для чего нужна хорошая литература? Как показывает практика, всем, и в том числе — не слишком законопослушным гражданам. К примеру, один из них, «глава преступного сообщества» Ян Рокотов, догадался однажды взять на вооружение прием, описанный в романе И. Ильфа и Е. Петрова «Золотой теленок». Подобно подпольному миллионеру Корейко, он держал чемодан с драгоценностями в камере хранения какого- нибудь вокзала, еженедельно меняя ячейку. Благодаря его начитанности членам шайки не нужно было заботиться о сохранности полученных неправедными путями ценностей. Их фактически оберегало наше государство... Вот такая занятная история. Правда, закончилась она по-советски печально...
          ПО КЛИЧКЕ «КОСОЙ»
           19 мая 1961 года все центральные советские газеты поместили информацию под заголовком «В Комитете государственной безопасности и Прокуратуре СССР», где говорилось: «Недавно в Москве обезврежена группа злоумышленников, занимавшихся незаконными сделками с иностранной валютой и другими ценностями. Руководили группой Ян Рокотов и Владислав Файбышенко, остальные являлись перекупщиками.
          При задержании Рокотова у него изъято 440 золотых монет царской чеканки общим весом 12 килограммов, большое количество иностранной валюты, советских денег и других ценностей в общей сложности более чем на 25 миллионов рублей».
          Это было финалом истории. А началась она в 1957 году, когда в Москве проходил Всемирный фестиваль молодежи и студентов. Тогда совсем еще молодой и не помышлявший о нарушении закона Ян Рокотов впервые стал свидетелем того, как валюта скупается у иностранцев и перепродается советским гражданам по завышенному курсу. Узнав, что официальный курс доллара равняется четырем рублям, а для туристов из капиталистических стран — десяти, Рокотов принялся изучать тонкости валютного бизнеса. И скоро выяснил, что немалая часть посещавших СССР западных граждан этими цифрами не интересовалась. Еще до начала тура этим господам было известно: обмен денег выгоднее производить у всегда присутствовавших возле отеля парней, дававших за один «бакс» 20-25 рублей.
          Этот бизнес, как определил Рокотов, являлся хотя и достаточно доходным, но небезопасным. Поэтому, решив, что если уж рисковать, то по-крупному, он начал скупать у загрантуристов еще и «царские» червонцы.
          Швейцарские банки платили за такие десятирублевики по 9-12 долларов, Рокотов же давал за них 20. Со своих покупателей этих монет он брал за каждую полторы-две тысячи родных советских рублей, зарабатывая за один вечер до 50 тысяч! Но какими бы несметными ни выглядели его доходы, преуспевающего «бизнесмена» это не охлаждало — ему хотелось раз и навсегда переплюнуть всех «коллег по цеху».
          Чтобы добиться желаемого, Ян вошел в контакт с находившимися в Москве в деловой командировке высокопоставленными чиновниками некоего западногерманского банка. За ужином в ресторане гостиницы «Националь» он предложил финансистам заранее придуманную им схему, работающую в обход Госбанка СССР. Суть идеи сводилась к тому, что, внеся перед поездкой в СССР марки в западногерманский банк, немцы могли получить в нем советские деньги по выгодному курсу, а отправлявшиеся за рубеж наши граждане, выдав Рокотову рубли, получали за границей причитавшуюся им сумму в твердой валюте.
          Германские финансисты, поразмыслив, согласились. Реализуемая новоиспеченным «великим комбинатором» операция оказалась настолько эффективной, что его денежные обороты достигали сотен тысяч рублей. В одиночку ему было с таким денежным потоком уже не справиться, пришлось набирать «команду».
          День ото дня дела шли в гору. По Москве поползли слухи о немыслимых кутежах, устраиваемых неким Яном по кличке «Косой» в столичных и ленинградских ресторанах, о пикниках на Черноморском побережье с любовницами из отечественной и зарубежной артистической богемы. Тем не менее спецслужбы, профессионально отслеживающие подробности жизни советских граждан, закрывали на его похождения глаза. Почему так происходило, могли бы ответить только «хорошо знакомые» с щедрым дельцом чиновники. Но они по понятным причинам молчали, и «сладкая жизнь» Яна Рокотова продолжалась без каких- либо препятствий.
          Положение изменилось летом 1960 года, когда вышел указ, в соответствии с которым дела о нарушении правил валютных операций и контрабанде перешли от МВД к Комитету госбезопасности. И практически сразу после обнародования нововведения Яна Рокотова «сдал» его же собственный подельник, сотрудник МУРа... Арестовали продолжателя традиций Корейко на Ленинградском вокзале в тот самый момент, когда он в очередной раз изымал из камеры хранения чемодан со своим «золотым запасом»...
          ПРИГОВОР
          На раскрытие преступления и арест всех членов рокотовской группы много времени не потребовалось. Судебный процесс над «шайкой валютчиков» еще не начался, а атмосфера уже накалилась до предела. «Комсомольская правда» и «Известия», соревнуясь в подборе ярлыков, называли «рокотовцев» «слизняками», «мерзкими подонками», «гнилой отрыжкой капитализма», «обезьяньим стадом» и резюмировали свои статьи общей для всех публикаций фразой: «В нашей честной Москве нельзя так, как в Лондоне, Париже или Нью-Йорке, открыто и радостно ликуя, потрясать своими барышами...».
          Содержавшиеся под стражей валютчики ожидали приговоров в соответствии с законом, который действовал в период совершения ими преступлений. Наказание по этой статье предусматривалось в виде трех лет лишения свободы с конфискацией имущества. Но к началу следствия в стране были приняты основы нового уголовного законодательства, и перед «рокотовцами» очень реально замаячили восемь долгих лет лишения свободы. А буквально за две недели до начала процесса Президиум Верховного Совета СССР по настоянию Л.И. Брежнева, бывшего в то время его председателем, принял новый указ: не 8, а 15 лет заключения за нарушение статьи о валютных операциях!
          Поначалу адвокаты Рокотова и К особенно этим обстоятельством не обеспокоились — к делу их подзащитных данное ужесточение относиться не могло: закон, как известно, обратной силы не имеет. И тем болезненнее восприняли члены «преступной шайки Рокотова» вынесенный им приговор. Как сообщила 16 июня 1961 года газета «Правда», «самый гуманный суд в мире», руководствуясь указом Брежнева, приговорил Рокотова и Файбышенко к пятнадцати годам заключения. Но, как оказалось, точку в деле Рокотова и его «команды» ставить было еще рано.
          К моменту вынесения приговора Московским горсудом вернулся из очередного вояжа по европейским столицам неугомонный Первый секретарь ЦК КПСС Никита Сергеевич Хрущев. В кулуарных беседах западные бизнесмены «просветили» его по поводу процветавшего в Москве черного валютного рынка. Недоумение Хрущева сменилось яростью и он, едва спустившись с трапа самолета, вызвал к себе генерального прокурора Романа Андреевича Руденко.
          Обвинения в мягкотелости и недостаточном служебном рвении посыпались на голову прокурора словно из рога изобилия. В заключение разгневанный Никита Сергеевич потребовал для подсудимых смертной казни. Донельзя перепуганный Руденко попытался пояснить, «что живут они в момент перерастания социалистической государственности в коммунистическое общественное самоуправление, а значит, главным методом в борьбе с преступностью должно стать убеждение...». На что Хрущев, незадолго до того выступавший с трибуны ООН с инициативой отмены смертной казни, ответил, будто отрезал: «Закон делают люди. Мы делаем».
           17 июля 1961 года печатный орган ЦК КПСС разместил на первой полосе официальную информацию: «Генеральным прокурором СССР был внесен а Верховный суд РСФСР кассационный протест на жесткость приговора Московского городского суда по делу Рокотова и др. Однако, учитывая, что Рокотов и Файбышенко совершили тяжкое уголовное преступление, Верховный суд РСФСР на основании части второй статьи 15 Закона о государственных преступлениях, приговорил Рокотова и Файбышенко к смертной казни — расстрелу с конфискацией всех изъятых ценностей и имущества...»
          КСТАТИ
           Ровно через неделю после заседания Верховного суда РСФСР газета «Гудок» опубликовала пятистрочную заметку «Валютчики расстреляны».
          По словам Красовского, колдуны тщательно готовились к акту возмездия. Они подослали к Андропову своего человека. И в самом деле рядом с Юрием Владимировичем постоянно находился экстрасенс. Он везде сопровождал его в качестве охранника. Съездив с официальным визитом в Афганистан, Андропов подхватил неизвестную заразу. После возвращения в Союз у него стали случаться частые обмороки, резко поредели волосы, выпали брови. «Опека» посланника экстрасенсов дала результаты…
Реклама